Графине С. А. Толстой во время моего 50-летнего юбилея
Пора! по влаге кругосветной Я в новый мир перехожу И с грустью нежной и заветной
О том, что остаётся с нами.
Найдено произведений: 1110
Пора! по влаге кругосветной Я в новый мир перехожу И с грустью нежной и заветной
Расстанемся без смеха, Расстанемся без слез; Нам годы не помеха,
О, где вы, прекрасные дни? Куда улетели так скоро? Печаль поселилась в душе,
Морфей, до утра дай отраду Моей мучительной любви. Приди, задуй мою лампаду,
Вблизи тебя до этих пор Я не слыхал в груди огня. Встречал ли твой прелестный взор —
Среди несметных звезд полночи Как эти две глядят мне в очи, Не поглядит нигде звезда;
Жди вопроса, придумывай числа… Если думать – то где же игра? Даже кукла нахмурилась кисло…
Я сейчас лежу ничком – Взбешенная! – на постели. Если бы Вы захотели
— Друг веков, поверенный преданий, Ты один средь братии своей Сохранил сокровищ и деяний
Поверь, ничтожество есть благо в здешнем свете. К чему глубокие познанья, жажда славы, Талант и пылкая любовь свободы,
Вековать ли нам в разлуке? Не пора ль очнуться нам? И простерть друг другу руки —
Встречаюсь я с осьмнадцатой весной. В последний раз, быть может, я с тобой, Задумчиво внимая шум дубравный,
Расстались мы; но твой портрет Я на груди моей храню: Как бледный призрак лучших лет,
Жизнь — обман с чарующей тоскою, Оттого так и сильна она, Что своею грубою рукою
Как я скажу, что я тебя буду помнить всегда, Ах, я и в память боюсь, как во многое верить! Буйной толпой набегут и умчатся года,
Не вернуть мне ту ночку прохладную, Не видать мне подруги своей, Не слыхать мне ту песню отрадную,
Не спрашивай, зачем унылой думой Среди забав я часто омрачен, Зачем на всё подъемлю взор угрюмый,
Еще не наступил рассвет, Ни ночи нет, ни утра нет, Ворона под моим окном
Высокого предчувствия Порывы и томленье, Души, господства жаждущей,
Опять стою я над Невой, И снова, как в былые годы, Смотрю и я, как бы живой,
И не спасут ни стансы, ни созвездья. А это называется – возмездье За то, что каждый раз,
Воспоминаньем упоенный, С благоговеньем и тоской Объемлю грозный мрамор твой,
Как жизнь ни сделалась скуднее, Как ни пришлось нам уяснить То, что нам с каждым днем яснее,
На языке тебе невнятном Стихи прощальные пишу, Но в заблуждении приятном