Озера
Я счастье разбил с торжеством святотатца, И нет ни тоски, ни укора, Но каждою ночью так ясно мне снятся
Знакомые строки и неожиданные встречи. Выберите то, что отзывается сегодня.
Найдено произведений: 6276
Я счастье разбил с торжеством святотатца, И нет ни тоски, ни укора, Но каждою ночью так ясно мне снятся
Месяц Травный, нахмурясь, престол свой отдал Изоку; Пылкий Изок появился, но пасмурен, хладен, насуплен; Был он отцом посаженым у мрачного Грудня. Грудень, известно,
– «Переименовать!» Приказ – Одно, народный глас – другое. Так, погребенья через час,
– О всеми голосами раковин Ты пел ей… – Травкой каждою.
Когда-то сильных три царя Царили заодно — И порешили: сгинь ты, Джон
Мне снилась снова ты, в цветах, на шумной сцене, Безумная, как страсть, спокойная, как сон, А я, повергнутый, склонял свои колени
Какая холодная осень! Надень свою шаль и капот. Смотри, — из-за дремлющих сосен
(Из Гейне) Над морем, диким полуночным морем Муж-юноша стоит —
Ах, несмотря на гаданья друзей, Будущее – непроглядно. В платьице – твой вероломный Тезей,
Будь уверен, что сущность благочестия по отношению к богам состоит в следующем: иметь о них правильные представления — признавать, что они существуют и управляют вселенной справедливо и мудро. И утверди в себе решение п…
С тобой мы связаны одною цепью, Но я доволен и пою. Я небывалому великолепью
Я открываю солнцу грудь. "Чахотка",– доктор говорит... Пусть лижет солнце эту грудь,
Было дружбой, стало службой. Бог с тобою, брат мой волк! Подыхает наша дружба:
Кто муки знал когда-нибудь, И чьи к любви закрылись вежды, Того от страха и надежды
Краткий контекст: Афина возвращает Одиссею его настоящий облик. Телемах сначала принимает незнакомца за бога, но затем узнает вернувшегося отца. В хижину снова вступил Одиссей; Телемах, изумленный,
Солнце – одно, а шагает по всем городам. Солнце – мое. Я его никому не отдам.
Чем доле я живу, чем больше пережил, Чем повелительней стесняю сердца пыл, Тем для меня ясней, что не было от века
О, этот сельский день и блеск его красивый В безмолвии я чту. Не допустить до нас мой ищет глаз ревнивый
О Нина, о Нина, сей пламень любви Ужели с последним дыханьем угаснет? Душа, отлетая в незнаемый край,
Везувий зев открыл – дым хлынул клубом – пламя Широко развилось, как боевое знамя. Земля волнуется – с шатнувшихся колонн
Вчера расстались мы с тобой. Я был растерзан. — Подо мной Морская бездна бушевала.
Могучий Ахиллес громил твердыни Трои. Блистательный Патрокл сраженный умирал. А Гектор меч о траву вытирал
Рассекши огненной стезею Небесный синеватый свод, Багряной облечен зарею,
Кто не топтал тебя – и кто не плавил, О купина неопалимых роз! Единое, что на земле оставил