В каких жестоких поднебесных звездах…
В каких жестоких <поднебесных?> звездах Отстаивался пар полей Веет влажный вольный воздух
Знакомые строки и неожиданные встречи. Выберите то, что отзывается сегодня.
Найдено произведений: 6276
В каких жестоких <поднебесных?> звездах Отстаивался пар полей Веет влажный вольный воздух
Он приблизился, крылатый, И сомкнулись веки над сияньем глаз. Пламенная – умерла ты
На утре памяти неверной Я вспоминаю пестрый луг, Где царствовал высокомерный
Кто хочет миру чуждым быть, Тот скоро будет чужд! Ах, людям есть кого любить, —
Нет, я не изменил. До старости глубокой Я тот же преданный, я раб твоей любви, И старый яд цепей, отрадный и жестокой,
(Из «Федры» Расина) Едва мы вышли из Трезенских врат, Он сел на колесницу, окруженный
Как в ночь звезды падучей пламень, Не нужен в мире я. Хоть сердце тяжело как камень,
«Не дай нам духу празднословья»! Итак, от нынешнего дня Ты в силу нашего условья
Ты сердишься за то, приятель мой Гарпас, Что сын твой по ночам сундук твой посещает! И философия издревле учит нас,
Лице свое скрывает день: Поля покрыла мрачна ночь; Взошла на горы чорна тень;
Варвара Павловна! графиня! помогите, От вас одних отрады жду! Хотите ль знать мою беду?
И небо и земля всё те же, Всё в те же воды я гляжусь, Но вздох твой ледовитый реже,
В избушке позднею порою Славянка юная сидит. Вдали багровой полосою
С порога рыбачьей избушки Мы видели море вдали. Вечерний туман отделялся
Горные вершины Спят во тьме ночной; Тихие долины
– Марина! Спасибо за мир! Дочернее странное слово. И вот – расступился эфир
Я был свидетелем златой твоей весны; Тогда напрасен ум, искусства не нужны, И самой красоте семнадцать лет замена.
Великий день Карамзина Мы, поминая братской тризной, — Что скажем здесь, перед отчизной,
Плоска – доска, а всё впитывает, Слепа – доска, а всё считывает, (Пустым – доска: и ящика нет!)
Угасла молодость моя, Краса в лице завяла, И удали уж прежней нет,
Следом за Синдбадом-Мореходом В чуждых странах я сбирал червонцы И блуждал по незнакомым водам,
Промчались годы заточенья Недолго, мирные друзья, Нам видеть кров уединенья
Завистник ненавидит Любимое богами; Безумец, он в раздоре
Сын царский умирает в Ницце — И из него нам строют ков… «То казнь отцу за поляков», —