На кровати, превращённой в тахту

Вот троица странная наша: — Я, жертва своих же затей, На лебедь похожая Маша, И Оля, лисица степей. Как странно двуспальной кровати, Что к ней, лишь зажгутся огни, Идут не для сна иль объятий, А так, для одной болтовни, И только о розовых счастьях: «Ах, профиль у Маши так строг… А Оля… в перстнях и запястьях, Она — экзотический бог»… Как будто затейные пряжи Прядём мы… сегодня, вчера; Пока, разгоняя миражи, Не крикнут: «Чай подан, пора!»