На северном море
I Земля молчаливей развалин,
Выйти из города, не закрывая книгу.
Найдено произведений: 1383
I Земля молчаливей развалин,
В зимние сумерки нянины сказки Саша любила. Поутру в салазки Саша садилась, летела стрелой,
Плачет метель, как цыганская скрипка. Милая девушка, злая улыбка, Я ль не робею от синего взгляда?
Не дивись, что я черна, Опаленная лучами; Посмотри, как я стройна
Тучки небесные, вечные странники! Степью лазурною, цепью жемчужною Мчитесь вы, будто, как я же, изгнанники,
Лето было слишком знойно, Солнце жгло с небесной кручи, — Тяжело и беспокойно,
Ревет гроза, дымятся тучи Над темной бездною морской, И хлещут пеною кипучей,
Блеща средь полей широких, Вон он льется!.. Здравствуй, Дон! От сынов твоих далеких
Ударило в виноградник – Такое сквозь мглу седу́ – Что каждый кусток, как всадник,
О рьяный Конь, о Конь морской, С бледно-зеленой гривой, То смирный, ласково-ручной,
Буря воет, буря злится, . . . . . . . . . . Из-за туч луна, как птица,
Всё видит, всё знает твой мудрый зрачок Сердца тебе ясны, как травы. Зачем ты меж нами, лесной старичок,
(Пер‹евод› из Шевченко) Село! В душе моей покой. Село в Украйне дорогой.
Чтоб не ругалась больная мать, Я приду, как ... сука, У порога околевать.
Однажды Рабочий всю летнюю ночь лежал, слушая песню Соловья. Так понравилось ему это пение, что на следующую ночь он поставил ловушку и поймал птицу.
Волку было трудно добраться до овец из-за бдительности пастуха и его собак. Но однажды он нашёл овечью шкуру, содранную и брошенную в стороне. Волк надел её на себя и спокойно вошёл в стадо.
Забывши волнения жизни мятежной, Один жил в пустыне рыбак молодой. Однажды на скале прибрежной,
Серебристая дорога, Ты зовёшь меня куда? Свечкой чисточетверговой
Я ничего не понимаю, горы: Ваш гимн поет кощунство иль псалом И вы, смотрясь в холодные озера,
Небес и земли повелитель, Творец плодотворного мира, Дал счастье, дал радость всей твари
Над озером, над заводью лесной — Нарядная зелёная береза… «О, девушки! Как холодно весной:
Пойду в скуфье смиренным иноком Иль белобрысым босяком Туда, где льется по равнинам
Нищих и горлиц Сирый распев. То не твои ли
Над морем красавица-дева сидит; И, к другу ласкаяся, так говорит: