Дорида
В Дориде нравятся и локоны златые, И бледное лицо, и очи голубые… Вчера, друзей моих оставя пир ночной,
Для чувств, которым трудно подобрать слова.
Найдено произведений: 2107
В Дориде нравятся и локоны златые, И бледное лицо, и очи голубые… Вчера, друзей моих оставя пир ночной,
Трех граций древность признавала! Тебя ж, Эрминия, природа создала На то, чтоб граций ты собою затмевала, —
Благовонная ночь, благодатная ночь, Раздраженье недужной души! Всё бы слушал тебя - и молчать мне невмочь
– «Мы никого так»… – «Мы никогда так»… – «Ну, что же? Кончайте»…
О друг, не мучь меня жестоким приговором! Я оскорбить тебя минувшим не хочу. Оно пленительным промчалось метеором…
Погасло дне́вное светило; На море синее вечерний пал туман. Шуми, шуми, послушное ветрило,
Руки милой — пара лебедей — В золоте волос моих ныряют. Все на этом свете из людей
Любовь, любовь — гласит преданье — Союз души с душой родной, Их съединенье, сочетанье,
Угадал – и я взволнован, Ты вошла – и я смущен, Говоришь – я очарован.
Плывет луна по высоте, Смахнув с чела туман ревнивый, И в сладострастной темноте
Там у леска, за ближнею долиной, Где весело теченье светлых струй, Младой [Эдвин] прощался там с Алиной;
Перестрелка за холмами; Смотрит лагерь их и наш; На холме пред казаками
Маленькая сигарера! Смех и танец всей Севильи! Что тебе в том длинном, длинном
Среди миров, в мерцании светил Одной Звезды я повторяю имя… Не потому, чтоб я Её любил,
Как? вы поэта огорчили И не наказаны потом? Три года ровно вы шутили
Путь жизни мне открыт И вождь мой Провиденье! Твое благословенье
В какой-то дальней рейнской саге Печальный юноша-герой Сжигает позднею порой
Люди на душу мою льстятся, Нежных имен у меня – святцы,
Нет, я не дорожу мятежным наслажденьем, Восторгом чувственным, безумством, исступленьем, Стенаньем, криками вакханки молодой,
Воздушной, детскою и ясной Окружены вы красотой. Ей не сдаваться – труд напрасный:
Что с тобой вдруг, сердце, стало? Что ты ноешь? Что опять Закипело, запылало?
О, Елена, твоя красота для меня — Как Никейский челнок старых дней, Что, к родимому краю неся и маня,
Пролетела стрела Голубого Эрота, И любовь умерла,
Брат милый, отроком расстался ты со мной — В разлуке протекли медлительные годы; [Теперь ты юноша] – и полною душой