Баллада, в которой описывается, как одна старушка ехала на чёрном коне вдвоём и кто сидел впереди
На кровле ворон дико прокричал — Старушка слышит и бледнеет. Понятно ей, что ворон тот сказал:
Стихотворения — читать, чувствовать, сохранять.
Найдено произведений: 615
На кровле ворон дико прокричал — Старушка слышит и бледнеет. Понятно ей, что ворон тот сказал:
Кто нашу жизнь своим добром считает, За нас вперед заботливо глядит, О счастии — как мы — за нас мечтает,
Краткий контекст: Спутники Одиссея приходят во дворец волшебницы Цирцеи. Она угощает их зачарованной пищей и превращает в свиней; избежать колдовства удается только осторожному Еврилоху. Скоро они за горами увидели креп…
Его Превосходительству, Господину Тайному Советнику, Императорского Московского университета куратору и кавалеру Михаилу Матвеевичу Хераскову
Графиня, признаюсь, большой беды в том нет, Что я, ваш павловский поэт, На взморье с вами не катался,
В лоне твоем глубоком и темном покоится тайно Весь человеческий жребий. Скорби, рыданье, волненье, Страсти навеки в твоем засыпают целебном приюте.
Изображу ль души смятенной чувство? Могу ль найти согласный с ним язык? Что лирный глас и что певца искусство?..
(Отрывок) Слушайте: я расскажу вам, друзья, про мышей и лягушек.
Однажды жил, не знаю где, богатый И добрый человек. Он был женат И всей душой любил свою жену;
Не тревожься, великан! Мирно стой, утес наш твердой, Отшибая грудью гордой
Был-жил в свете Букильон И поэт Жуковский! Букильону снился сон
По щучьему веленью, По моему прошенью, Порука вы моя —
I Кто на блистательной видал ее чреде,
Добро пожаловать, певец, Товарищ-друг, хотя и льстец, В смиренную обитель брата;
Княгиня! для чего от нас Вы так безжалостно спешите? На годы скрыться вы хотите,
Горные испанцы вместе с религиею, законами, честью и свободою предков своих визиготфов сохранили и употребление языка романского. То были необразованные люди, характера дикого, гордые, отважные, не способные покорствов…
Над страшною бездной дорога бежит, Меж жизнью и смертию мчится; Толпа великанов ее сторожит;
О милый друг! теперь с тобою радость! А я один — и мой печален путь; Живи, вкушай невинной жизни сладость;
Давно унизился поэзии кредит! И свет, бессмысленный правдивых Муз ругатель, Нескладной прозою давно нам говорит:
Однажды пьяница смертельно занемог; Жена к нему на грудь упала со слезами. „Мой друг! — сказал больной дрожащими устами, —
Засни, дитя! спи, ангел мой! Мне душу рвет твое стенанье! Ужель страдать и над тобой?
И час, и день, и жизнь мелькают быстрой тенью! Прошла моя весна с минутной красотой! Прости, любовь! конец мечтам и заблужденью!
Моя вторая мать, друг юношеских лет, На память о любви ее мне подарила, И я, как памятник любви, ее хранила,
Блажен, о Филон, кто Харитам-богиням жертвы приносит. Как светлые дни легкокрылого мая в блеске весеннем, Как волны ручья, озаренны улыбкой юного утра,