Севастопольское братское кладбище
Какой тут дышит мир! Какая славы тризна Средь кипарисов, мирт и каменных гробов! Рукою набожной сложила здесь отчизна
О том, что остаётся с нами.
Найдено произведений: 1110
Какой тут дышит мир! Какая славы тризна Средь кипарисов, мирт и каменных гробов! Рукою набожной сложила здесь отчизна
Уродился я, бедный недоносок, С глупых лет брожу я сиротою; Недорослем меня бедного женили;
Грубым дается радость, Нежным дается печаль. Мне ничего не надо,
Спасибо вам! Мы вспоминаем Ваш резвый смех с умом живым. Без вас и май бы не был маем,
Не жалею вязи дней прошедших, Что прошло, то больше не придёт. И луна, как солнце сумасшедших,
1 Умчался век эпических поэм,
Ушел – не ем: Пуст – хлеба вкус. Всё – мел.
В суете опустевшей, в ее тишине Я тоскую по ней, когда смысл обретаю. Полюбив тишину, я тоскую по ней,
Есть в дружбе счастье оголтелое И судорога буйных чувств — Огонь растапливает тело,
Хорошо невзрослой быть и сладко О невзрослом грезить вечерами! Вот в тени уютная кроватка
У птицы есть гнездо, у зверя есть нора. Как горько было сердцу молодому, Когда я уходил с отцовского двора,
Скрипка издергалась, упрашивая, и вдруг разревелась так по-детски,
Колокол стонет, Девушка плачет, И слезы по четкам бегут.
Безнадежно-взрослый Вы? О, нет! Вы дитя и Вам нужны игрушки, Потому я и боюсь ловушки,
Дай руку мне, склонись к груди поэта, Свою судьбу соедини с моей: Как ты, мой друг, я не рожден для света
Там, где бьет источник чистой В берег светлою волной, — Там, под рощею тенистой,
К моей лире и к друзьям моим О лира, друг мой неизменной,
Под небом Франции, среди столицы света, Где так изменчива народная волна, Не знаю отчего грустна душа поэта
Скучные песни, грустные звуки, Дайте свободно вздохнуть. Вы мне приносите тяжкие муки,
Ты всё жива в душе моей! Нет, не покинула ты землю... Ты предо мной! Тебе я внемлю,
Закат горит огнистой полосою, Любуюсь им безмолвно под окном, Быть может, завтра он заблещет надо мною,
Прежние звуки, с былым обаяньем Счастья и юной любви! Всё, что сказалося в жизни страданьем,
Черную урчу с прахом поэта Плющ обогнул; К брошенной арфе девственный пояс
Гонимый рока самовластьем От пышной далеко Москвы, Я буду вспоминать с участьем