Ему же (Графу Л. Н. Толстому) при появлении романа «Война и мир»

Была пора – своей игрою, Своею ризою стальною Морской простор меня пленял; Я дорожил и в тишь и в бури То негой тающей лазури, То пеной у прибрежных скал. Но вот, о море, властью тайной Не всё мне мил твой блеск случайный И в душу просится мою; Дивясь красе жестоковыйной, Я перед мощию стихийной В священном трепете стою.