У камина
Николай Гумилёв (1886–1921)
Год написания: 1910
Наплывала тень… Догорал камин,
Руки на груди, он стоял один,
Неподвижный взор устремляя вдаль,
Горько говоря про свою печаль:
«Я пробрался вглубь неизвестных стран,
Восемьдесят дней шёл мой караван;
Цепи грозных гор, лес, а иногда
Странные вдали чьи-то города,
И не раз из них в тишине ночной
В лагерь долетал непонятный вой.
Мы рубили лес, мы копали рвы,
Вечерами к нам подходили львы.
Но трусливых душ не было меж нас,
Мы стреляли в них, целясь между глаз.
Древний я отрыл храм из под песка,
Именем моим названа река,
И в стране озёр пять больших племён
Слушались меня, чтили мой закон.
Но теперь я слаб, как во власти сна,
И больна душа, тягостно больна;
Я узнал, узнал, что такое страх,
Погребённый здесь в четырёх стенах;
Даже блеск ружья, даже плеск волны
Эту цепь порвать ныне не вольны…»
И, тая в глазах злое торжество,
Женщина в углу слушала его.
Примечания к тексту
По свидетельству Ахматовой, в стихотворении говорится о ней. По поводу этого стихотворения Андрей Белый писал: «Гумилёв, ещё не успевший себя зарекомендовать так, как Кузмин, делает быстрые и успешные завоевания в лирике. Его стихи становятся всё интересней и по форме, и по содержанию». В частности, «У камина» «останавливает внимание новизной ритмов». Андрей Белый обратил внимание также на то, что стихотворение написано т. н. «кольцовским пятисложником». Как «вычурное» и «сочинённое» охарактеризовал это стихотворение Л. М. Василевский.
Аннотация
Сцена у камина противопоставляет героическое прошлое рассказчика — странствия, подвиги, власть и опасности — его нынешнему состоянию внутренней слабости и страха. Монолог о сломленной душе звучит на фоне молчаливого присутствия женщины, чьё скрытое торжество подчёркивает драматический разлад между былой силой и настоящей зависимостью.
Теги:
Мужчина
Отношения
Приключение
Путешествия